Свадьбу Сережи и Лары отмечали в марте , но стали планировать задолго до события.
Стоял 1973 год. Страна постепенно скатывалась в бездну безысходности и массовой нищеты. Несмотря на официальное провозглашения наступившей эпохи развитого социализма и вот вот наступающего коммунизма, население страны бедствовало: господствовал беспросветный дефицит продуктов и товаров; процветали коррупция, взяточничество и мракобесие. Правозащитника и диссидента Андрея Сахарова отправили в ссылку, а генеральный секретарь компартии, окончательно впавший в маразм, бубнил с трибуны заплетающимся языком бессвязные и бессмысленные речи и продолжал нанизывать на свою подпертую корсетом грудь ордена и медали за несуществующие заслуги. Вся страна пела ему дифирамбы и прославляла написанные не им военные мемуары, которые никто не читал.
Подготовка к свадьбе шла полным ходом.
Молодым сняли комнату в коммуналке на гончарной, в доме, в котором жил жених, только этажом выше; был составлен список гостей и всем разослали приглашения. Участников торжества поделили поровну – половина гостей – со стороны жениха, и половина со стороны невесты. Правда, Жанна настояла на скромном перевесе в сторону невесты – ей надо было в дипломатических целях пригласить на торжество несколько дополнительных гостей – адвокатов из коллегии, с которыми она дружила – Кацмана, , Шацмана, Фридмана и подругу молодости Люду Морозову.
В магазине для новобрачных Ларе купили белые туфли – лодочки с тупым носом и серебряной пряжкой. Они были не очень модные, но зато новые и лакированные. С платьем было сложнее. Шить новое не хватало времени и было хлопотно. Поэтому Лара отправилась в Вильнюс за покупкой платья в надежде найти импортный шедевр швейного искусства. Вместо свадебного платья она купила платье для бальных танцев с открытыми плечами на тонких бретельках и широкой юбкой колоколом. Платье не очень подходило под определение свадебного, поэтому его решили переделать: вывернули наизнанку юбку колокол кружевами наружу- и переделали верх пришив с юбке вместо тонких бретелек скромный жакетик.
В спец магазине был получен продуктовый набор для новобрачных , куда входили изысканные деликатесы – кило молочных сосисок, две пачки печенья Мария, красное вино Салхино , маринованные огурцы и пара пачек дефицитного индийского чая.
Свадьба проходила в ресторане Метрополь. Это было старинное заведение, со славными традициями, астрономическими ценами и сносной кухней. Здесь частенько собиралась сильные мира сего – спекулянты, маклеры и торговые воротилы для ведения переговоров и совершения сделок.
Для торжества был заказан отдельный банкетный зал, который обошелся родителям новобрачных в кругленькую сумму. Там был накрыт праздничный стол. В меню были закуски, салаты, мясное ассорти, алкогольные напитки, горячие блюда и десерт.
После регистрации брака во дворце, в назначенное время все приглашенные гости собрались на свадебный банкет. Среди собравшихся были родители и родственники жениха и невесты, студенты из университета; друзья детства с детской железной дороги, соседи по коммунальной квартире жениха, а также приятели Жанны из коллегии – Кацман, Шацман, Фридман, и подруга молодости Люда Морозова. Вместо отчима на свадьбе был родной папа невесты Зиновий. Он сидел за столом рядом с Жанной и выступал на время свадьбы мужем мамаши невесты.
Второй законный муж Жанны Юрий Андреевич, не был приглашен на свадьбу по случаю разногласий в семье, поэтому он отмечал событие в том же ресторане этажом ниже со своим приятелем Жидейкиным.
На свадьбу также прибыл папаша жениха Юрий Николаевич. Он нечасто общался с семьей и проживал в другом городе. Юрий любил выпить и потому с удовольствием согласился участвовать в застолье, хотя выбор сына не одобрял, к свадьбе относился скептически и был решительно настроен против всяких семейных союзов. Он был убежден, что брак – занятие для дураков, а любовь и счастье – сказочка для фантазеров.
Поначалу торжество проходило по традиционной схеме: приглашенные ели, пили, провозглашали тосты, желали счастья молодым, и кричали горько. В разгар торжества слово взял дальний родственник невесты Гецук. Он стал читать письмо незнакомки, которая перед свадебным торжеством якобы попросила его передать послание Сергею. Низким баритоном он объяснялся в любви от имени незнакомки, которая провела в компании жениха не один день, а в его жарких объятиях не одну ночь, и потому предстоящее расставание с ним было для нее горьким испытанием. Гости притихли. Невеста погрустнела. Жених напрягся. Впрочем, ситуация быстро разрешилась, когда послание завершилось подписью незнакомки – «твоя холостяцкая жизнь». Все облегченно вздохнули, порадовались остроумию и изобретательности тостующего и завершили шутку аплодисментами и очередными криками горько.
Зиновий, отец невесты, в своем устном послании молодым был лаконичен и суров. Супружеская жизнь не прогулка под луной, провозгласил он, и , чтобы ее прожить, надо испытать много трудностей и разочарований. Он не желал счастья молодым, по его мнению, пожелания счастья – пустые слова. И пусть они докажут, сказал Зиновий, – свой жизнью, верностью и любовью, что этот союз не был ошибкой.
Между тем, отец жениха Юрий заметно помрачнел. Бутылка водки, которая стояла на перед ним почти закончилась, а другая ,едва начатая, была далеко. Он решительно потянулся за бутылкой стоящей на соседнем столе. Однако, подвыпившие и заметно повеселевшие адвокаты Кацман , Шацман и Фридман были на стороже и не собирались расставаться с законно принадлежащей им выпивкой. Юрий в подогретом от выпитого состоянии, не сдавался, пытаясь оттеснить обидчиков и перетащить водку на свою половину. Возникла легкая потасовка. Мать жениха поняла, что дело пахнет жареным и пыталась урезонить мужа. Но он еще больше распалился. Гости перестали жевать и с интересом наблюдали за происходящим. Раздосадованный свекр с шумом встал из за стола и громко заклеймив гостей «жиды порхатые» двинулся к выходу. При этом по дороге он объявил, что ни минуты не останется больше в этой гнусной компании и потребовал, чтобы жених последовал за ним. «Серега, за мной,» – вопрошал он.
Свадебное торжество было прервано. Гости оторопели. Официанты, чтобы сгладить конфуз, стали суетливо разносить горячее. Кто то из присутствующих поставил музыку и зазвучал вальс. Начались танцы.
Между тем, отчим невесты, которого не пригласили на официальный банкет, сидел на первом этаже ресторана с приятелем Жидейкиным и жаловался на свою несчастную судьбу и неудавшуюся семейную жизнь. В отличие от папаши жениха, у него было предостаточно водки, но это к сожалению не добавляло ему хорошего настроения и не спасало от тоски.
А это время гости этажом выше с аппетитом поглощали отбивные с картофелем; адвокаты Кацман Шацман и Фридман беседовали о юриспруденции, обсуждали нюансы своих судебных дел и бранили клиентов; мать невесты Жанна пыталась решить, с кем из своих мужей – первым или вторым, она после свадьбы вернется домой . Мама жениха Людмила и сестра Рита были расстроены печальным финалом и по их мнению разрушенной поведением отца свадьбой. Но сами гости почти забыли про скандальный уход свекра Юрия или делали вид, что ничего не произошло.
И только жених с невестой были по настоящему счастливы и искренне радовались, что после торжества им уже не надо будет расставаться, или гулять по заснеженным улицам, и что они наконец смогут быть вместе в теплой комнате и готовится к очередным институтским экзаменам.