После поступления на юридический факультет, я с увлечением и интересом стала изучать право. На втором курсе меня приняли на работу юрисконсультом в РЖУ – районное жилищное управление Василеостровского района. Так я стала применять свои теоретические знания на практике.
РЖУ располагалось в неприметном здании на одной из линий Васильевского острова и состояло из ряда помещений и офисов для персонала и администрации. Моим офисом стала крошечная комната рядом с туалетом, в которой стояли стол, шкаф для книг, два стула и вешалка для пальто. Зарплата была ничтожная, обьем работ колоссальный, рабочий день – ненормированный. Но главное, как юрисконсульт, я сразу с головой погрузилась в юридическую работу: составление исков, написание приказов о приеме и увольнении, представительство в суде, проверка правильности деловых бумаг, консультации руководства и населения по вопросам права. Это было интересно и увлекательно. Работа мне очень нравилась, время летело быстро.
Служебная площадь
Получить жилье с пропиской в Ленинграде было сложно или почти невозможно. С другой стороны, люди неохотно шли на работу в дворники и сантехники. Работа была тяжелая, монотонная, физическая.
Чтобы привлечь работников в сферу коммунальных услуг, будущим дворникам или сантехникам давали служебную площадь и временную прописку в Ленинграде. Жилплощадь предоставлялась только на время работы и была, как правило, непригодна для постоянного проживания.
Таким образом, жилищная администрация и органы привлекали дополнительную рабочую силу в сферу коммунальных услуг и главным стимулом было получение хоть и временного, но жилья.
В своей работе юрисконсультом я почти сразу столкнулась с проблемой служебной площади, и выселения.
Почти 90 процентов всех судебных дел были связаны со спорами о служебной площади. В основном это были иски о выселении. Иногородние приезжали из провинции и устраивались на работу в жил контору. Им предоставляли жилую площадь по условиям договора. Проработав некоторое время, они увольнялись или переходили на другую , более легкую или административную работу, а когда их выселяли, они предъявляли встречный иск о закреплении за ними служебной площади и передачи ее в их постоянное пользование и распоряжение.
Кроме меня, в системе работало еще два юриста, которые вели юридическую работу в жилищных конторах и представляли их интересы в суде и других органах. Они мне подчинялись по уставу жилуправления, и мы , как правило, при необходимости находили общие решения важных вопросов.
Один из юристов, Сергей Петрович Бубликов, ветеран войны и труда, работал в жилищных органах юристом уже много лет. Он хорошо знал систему и свободно ориентировался в вопросах распределения служебной площади.
Поначалу у нас сложились дружеские, рабочие отношения. Сергей был пенсионного возраста; работал, как он говорил, ради удовольствия и чтобы не сидеть без дела. Внешне он ничем не выделялся: был невысокого роста, коренастый, седовласый и благопристойный. К нему часто обращались с юридическими вопросами руководство и жильцы района. Как представитель жилконторы, он также часто выходил в суд с исками о выселении.
Жилищные проблемы
Через несколько месяцев работы, анализируя данные о разрешенных в суде делах по служебной площади, я обратила внимание на необычно высокий процент дел об отказе в выселении и удовлетворении встречных исков о закреплении жилой площади за ответчиками. Это было странно. Обычно суды удовлетворяли иски жилищных организаций, поскольку закон был на стороне жилищного управления: при прекращении трудового договора, суды обязаны были по закону выселять ответчика.
Особенно много дел об отказе в выселении было в исках, поданных Бубликовым.
Я пошла на прием к судье Анисимовой с целью выяснения странной тенденции. За время работы у нас сложились доверительные отношения. Ольга Николаевна была моя ровесница и лишь недавно заняла пост судьи. Несмотря на свою молодость, она была справедливая, беспристрастная, и умная судья.
Выслушав меня, она слегка удивилась, и показала на бумажную папку с делом, которая лежала перед ней на столе. Только что поступил иск, поданный Бубликовым от имени жилищной конторы. В нем истец, то есть вы, просите закрепить служебную площадь за ответчицей. Странно … Обычно жилищные органы просят суд вынести решение о выселении.
Я поняла что Бубликов за спиной РЖУ потихоньку работает против интересов своего работодателя. Вместо выселения, он помогает определенной группе жильцов закреплять за собой служебную площадь. Как можно догадаться, делает он это отнюдь не бескорыстно.
В конечном итоге, судья отказала в неправомерном иске о закреплении спорной площади и выселила ответчицу.
Вскоре после решения суда разразился скандал. Бубликов, который вероятно уже получил компенсацию за свои услуги и был уверен в очередной победе, рвал и метал.
Он уговаривал, убеждал, упрашивал, чтобы я отступила от своих требований и помогла ему закрепить площадь за ответчицей. Когда это не помогло, он перешел к открытым угрозам расправы. На следующий день ко мне пришла сама ответчица и тоже настойчиво просила помочь ей с иском.
Я доложила об этом конкретном деле и общей практике Бубликова руководству. Начальник РЖУ был вне себя от ярости. Служебная площадь была ценная валюта и главный козырь в привлечении работников жилищного хозяйства. Закреплять служебную площадь, точнее разбазаривать ее в целях личного обогащения была порочная, уголовно наказуемая практика. Это сокращало фонд доступного служебного жилья и в свою очередь сокращало объем потенциальной рабочей силы жилищного хозяйства.
Начальник РЖУ попросил меня срочно подготовить приказ о наказании Бубликова. После подписании приказа о строгом выговоре и предупреждении об увольнении, Бубликов объявил мне войну.