Первый раз Дуняша встретилась со своим кузеном (двоюродным братом) Ароном в далеком 1974 году, когда ему было всего 10 лет.
С мужем они приехали в Москву повидаться с родственниками – старшим братом Дуняшиного отца – Владиком и его женой Лушей. Их маленький сын Арон – двоюродный брат Дуняши – был черноволосый, любознательный мальчуган; он слегка заикался, результат то ли травмы то ли испуга. В остальном – обычный ребенок , в меру избалованный, в меру капризный, ничем особенно не отличался от своих сверстников.
Родители баловали маленького Арни и во всем ему угождали. Через несколько лет после этой встречи семья эмигрировала в Америку, и Дуняша смогла снова увидеться со своим кузеном Арни только спустя много лет. В Техасе.
К тому времени, в 1997 году, он закончил колледж, потом престижный юридический институт Корнелл и не найдя никого, кто бы хотел взять его на работу по специальности, открыл свою юридическую контору. Несколько лет Арон боролся за свое существование в мире юридического бизнеса. Как все начинающие юристы, он брался за любые дела, защищал хулиганов и воров; разрешал мелкие тяжбы в суде; занимался несложными разводами и жилищными спорами.
Больше всего на свете Арни любил деньги: они занимали его разум, наполняли содержанием его мечты, снились ночью и будили утром. Арни мечтал о богатстве, дорогих машинах и роскошных домах в престижных районах по соседству с сильными мира сего. В будущем он видел себя одним из них .
С двоюродной сестрой Дуняшей Арон провел несколько часов в Хьюстоне во время конференции эмиграционных юристов, на которую Дуняша приехала из Портленда. Он с удовольствием показывал главные достопримечательности Хьюстона. Но это были не картинные галереи и не музеи. Из окон автомобиля Арона мелькали дорогие дома, которые поражали своим размером и помпезностью. Арон мечтал приобрести такой особняк как только разбогатеет.
Потом кузен пригласил Дуняшу к себе в гости. В доме у Арона хранилось много разнообразного оружия, и других предметов для поражения живой мишени. Он обожал свою коллекцию, особенно автоматическое оружие с оптическим прицелом. Арни всегда показывал свою коллекцию гостям , а в беседе с друзьями и родственниками откровенно признавался, что оружие ему необходимо для защиты от чернокожих, и, в случае необходимости, он не задумываясь его применит чтобы обезвредить негодяев.
Хотя сам он родился в семье евреев, которых в Советском Союзе преследовали за веру и национальность, Арни вырос расистом, и с глубоким предубеждением и ненавистью относился к людям другой расы, и особенно к чернокожему населению. Он мог долго и обстоятельно разглагольствовать о несправедливости освобождения рабов, и как это плохо отразилось на благосостоянии белого населения и, в частности, на его, Арона, процветании.
Через несколько лет после этой встречи дела у молодого юриста пошли в гору. Он успешно выиграл несколько споров о возмещении ущерба от автомобильных аварий. Отсудив крупные денежные компенсации у страховых компаний, и получив свою долю за представительство, Арни понял, что открыл золотую жилу и заточил свой бизнес исключительно на этой категории дел.
Для привлечения клиентов – а это были чаще всего мексиканские эмигранты- Арон размещал объявления о своих услугах на громадных рекламных щитах, доступных для обозрения на уличных магистралях города. В своей рекламе предприимчивый адвокат предлагал жертвам аварий немедленно звонить ему в контору и обещал быстрое разрешение дела и хорошую компенсацию. Как только пострадавший с потенциально выигрышным делом звонил по предложенному телефону, Арни тут же присылал своих сотрудников на место аварии, где им предлагалось немедленно подписать договор об адвокатских услугах. После этого новому клиенту предоставлялся транспорт для передвижения или доставки в лечебное учреждение. Впоследствии, конечно, эти расходы вычитались из суммы полученной компенсации.
Арни не занимался практикой права, а был всего лишь ремесленником и дельцом от юриспруденции. В Америке таких юристов называют “ambulance chaser” – «преследователь скорой помощи», ссылка на большую армию юристов без этических стандартов, которые преследуют своих жертв- потенциальных клиентов, получивших травмы и повреждения после аварии, с целью подписать контракт для представительства.
Арни был одним из них. Часами сидел он перед монитором в своем офисе и смотрел семейные фото или читал последние сводки об уличных происшествиях. Он не изучал законы и прецеденты, не совершенствовал свое ораторское искусство, и не писал судебные брифы. Арни вообще не любил заниматься правом, или ходить в суд. При необходимости, он посылал туда кого нибудь из юристов, нанятых по контракту. Львиную долю своих дел он разрешал до суда, предъявляя страховым компаниям счета пострадавших и требуя выплату компенсации за причиненный физический и моральный ущерб. Большинство ответчиков соглашались с требованиями, чтобы избежать дорогостоящего судебного разбирательства.
По мере роста клиентуры, доходы семьи повышались, а благосостояние улучшалось. Как и мечтал, Арни приобрел большой дом в престижном районе, купил дорогой автомобиль для себя и супруги; нанял прислугу и кухарку для ведения хозяйства, няню для детей. Для повышения престижа и статуса, наш герой стал членом клуба для состоятельной элиты, где годовые взносы составляли несколько десятков тысяч долларов. Дети Арни стали посещать дорогие частные гимназии и школы. Супруги часто совершали кругосветные путешествия и ездили в морские круизы. Жизнь стала обеспеченная и комфортная. Родители Арни не могли нарадоваться благополучию своего сына. Они гордились его успехами, считали его талантливым юристом и способным бизнесменом.
Беда нагрянула неожиданно и обрушилась на голову кузена из Техаса с чудовищной, разрушительной силой.
По одному из дел клиенты Арона получили от страховой компании крупную компенсацию в качестве возмещения ущерба. Его доля вознаграждения за услуги составляла несколько сотен тысяч долларов. Он был наверху блаженства от выпавшей удачи и уже начал мечтать, как распорядится жирным кушем. Арни решил не делиться своим вознаграждением с дядюшкой Сэмом. Налоги платят только дураки и неудачники, рассуждал он. Арон и раньше допускал погрешности и обман в расчетах с налоговой службой, но все сходило с рук. Хотя разумом он понимал, что скрыть столь значительную сумму небезопасно, но жадность победила. Он фальсифицировал налоговую декларацию и присвоил всю полученную сумму.
Сначала все прошло без сучка и задоринки. Арни, обойдя закон, расслабился и праздновал победу. Но через некоторое время, после очередного аудита, налоговая служба выявила допущенные нарушения. Что самое губительное , в его действиях был найден умысел, а это уже квалифицировалось как преступление. Арона привлекли к уголовной ответственности за умышленный обман, мошенничество, сокрытие доходов и неуплату налогов. Началась темная полоса в жизни кузена. Судебное расследование длилось несколько лет. Расходы на защиту были астрономические. Пришлось просить деньги у родителей, чтобы оплатить труд адвокатов. Несмотря на все усилия защиты, Арни признали виновным, приговорили к тюремному заключению и выплате причиненного ущерба. Он сел в тюрьму.
Как преступника, совершившего умышленное тяжкое финансовое преступление, Арона сразу же исключили из адвокатской ассоциации и навсегда лишили права заниматься юридической практикой. Это был сокрушительный удар по репутации, по чести, по счастливой и обеспеченной жизни.
Арни пришлось расстаться с дорогими автомобилями, домом в престижном районе, членством в элитном клубе и домашней прислугой. Он оказался на пороге банкротства.
Друзья от него отвернулись, клиенты перестали звонить, а коллеги его презирали и относились к нему как к преступнику и изгою. Несчастный и обездоленный, он с горечью вспоминал счастливые времена сытой и безбедной жизни, свой былой престиж и авторитет, сокрушался об утраченном благополучии. Впрочем, себя он винил не в том что совершил преступление, а в том что попался и не сумел уйти от ответственности.
Как ненасытная старуха из известной сказки Пушкина, Арни оказался у разбитого корыта, а былое богатство и роскошь остались лишь в отрывочных воспоминаниях и сладких снах, которые посещали его гораздо чаще чем того хотелось.