Гавайские острова считаются американским раем. Они так и называются American Paradise: теплая погода 12 месяцев в году; безбрежный, просторный, теплый океан; разнообразная природа и экзотическая растительность, богатый животный мир . Плюс островная культура и чарующая музыка. Гавайские песни завораживают слух, а тропические растения, голубые воды океана услаждают взор.
Самолет приземлился в Гонолулу в полдень. Стояла жаркая, но сухая погода, хотя было начало октября. В аэропорту меня встречала целая делегация : Рэй, его жена Одри, главный судья окружного суда Рон Мун и его секретарь Сюзан. Встреча была теплая; по гавайской традиции мы все обнялись и поприветствовали друг друга. Было решено, что до конца рабочего дня я буду в окружном суде, а потом поеду домой. Моим домом на время пребывания в Гонолулу была квартира Бэмби. Она была моим хостом, или ,говоря по русски, хозяйкой. Это была миниатюрная женщина, сорока трех лет , среднего роста и телосложения, с короткой стрижкой, в модных очках в крупной оправе, и милой располагающей улыбкой. По профессии она была тоже юрист и в момент моего приезда занимала должность судьи районного суда. Ее небольшая квартирка, размещалась в большом многоэтажном доме – кондо , в одном из престижных районов Гонолулу. В этом доме я провела несколько последующих месяцев своей жизни.
Высокий многоэтажный дом был окружен тропическими растениями и кокосовыми пальмами. Утром, просыпаясь, я несколько мгновений смотрела на огромные листья высоких деревьев , которые заглядывали в окно моей спальни. Это была восхитительная картина, как продолжение сна. Но она вызывала не только восхищение и любование, но еще и грусть, так как я представляла свою семью, которая в это время переживала зиму в нашей малогабаритной квартирке на Гражданском проспекте, из которой, если выглянуть в окно, можно было увидеть заснеженный тротуар, и детскую площадку с ледяной горкой.
Внизу дома был небольшой бассейн, джакузи и несколько кресел для отдыха. Первый этаж занимал огромный спортивный зал с тренажерами и спортивным оборудованием.
Сразу же по приезде моим спонсоры составили список мероприятий, в которых я должна была участвовать в ближайшее время. Здесь были встречи с судьями всех уровней, включая федеральный и верховный суд штата; выступления перед адвокатами, юристами и группами общественности, преподавателями, учеными, студентами. Частные обеды и завтраки с коллегами и представителями элиты. В общем, расписание было плотное .
Конференция
Главным мероприятием года была конференция судебных адвокатов, объединенных в ассоциацию – сокращенно «ABOTA” – A BAR OF TRIAL ADVOCATES.
В качестве почетной гостьи- стажера из советского союза – я была приглашена на конференцию.
Конференция по традиции ежегодно проводилась в середине ноября в одном из роскошных отелей на берегу океана
В этот раз конференция проходила на Большом острове – big island.
Светило яркое солнце. Отель и его ухоженная территория радовали взор чистотой и изысканным вкусом. В воздухе стоял восхитительный аромат плюмерии гортензии и других экзотических цветов и растений. В искусственном пруду с кристально чистой водой лениво плескались золотисто красные рыбки – кой. В просторном холле гостиницы откуда то сверху лилась нежная гавайская мелодия.
Интерес к моей персоне был необыкновенный. В тот период Советский Союз, возглавляемый Михаилом
Горбачевым, провозгласил политику перестройки и гласности; были наспех проведены демократические преобразования, которые должны были убедить свободный мир в серьезности намерений советского государства. Среди них особое место занимали распад советского союза, самоопределение республик – субъектов бывшего советского государства и крушение или демонтаж берлинской стены. Последнее было мировой сенсацией.
Американские адвокаты и мировая общественность надеялись на окончание холодной войны и включение СССР в состав прогрессивной коалиции европейских государств. В этой атмосфере оптимизма и надежды резко вырос интерес к советской судебной системе и возможности ее скорого преобразования.
Меня попросили выступить на конференции и отметить важное политическое значение основного события тех дней – демонтаж берлинской стены. Стена была сооружена в 1961 году по требованию советских коммунистов с целью раздела Германии на два лагеря – восточный и западный.
Крушение бетонного барьера, обнесенного колючей проволокой, просушествовашего почти тридцать лет, символизировало победу свободы и демократии.
На конференции собралось много адвокатов. Все подходили ко мне, здоровались, задавали вопросы. В конце концов от обилия гостей и впечатлений у меня слегка закружилась голова. Помню, как кто то по дружески посоветовал не пытаться запомнить имена всех гостей конференции. Это было просто невозможно: в глазах рябило от обилия незнакомых, но приветливых лиц, вежливых приветствий. Всех объединяло одно: нескрываемое любопытство к моей персоне. Наконец настал момент выступления. После краткого предисловия – рассказа о биографии, цели визита и участия в стажировке- я поблагодарила всех участников за теплый прием и выразила надежду на долгое и доброе сотрудничество наших стран, особенно в свете демократических преобразований в СССР и, конечно, как бесспорное доказательство этих преобразований, – крушение берлинской стены.
От волнения голос немного дрожал, отчего мой русский акцент был еще больше заметен. Несмотря на это, присутствующие с энтузиазмом встретили мое выступление и громко аплодировали. Было еще несколько выступающих, после чего всех пригласили к праздничному столу с закусками и напитками.
Эта конференция и все сопутствующие обстоятельства навсегда останутся в моей памяти как исключительное, незабываемое событие. К сожалению, оптимистичные ожидания присутствующих на долгосрочные демократические преобразования в стране советов- увы – не оправдались.
Моя стажировка в Гонолулу состояла из трех частей. Каждая из них была тщательно продумана и организована моими спонсорами. Первые два месяца я должна была провести в суде, наблюдая за процессом Американского правосудия. Объектом был выбран окружной суд Гонолулу. Часами я просиживала в зале суда, наблюдая за судебными слушаниями, а в перерывах общалась с судьей Роном Муном для обсуждения возникших вопросов и процессуальных нюансов. Особый упор был сделан на процесс отбора присяжных, порядка и правил представления доказательств, вступительные и заключительные речи защиты и обвинения. Это было интересно и увлекательно. Несколько дел, которые я прослушала в зале окружного суда, были весьма примечательными и надолго сохранились в памяти.
Вторая часть стажировки состояла из практики в юридическом офисе. Для этого была выбрана солидная юридическая фирма, которая размещалась в громадном небоскребе в центре города. В ней насчитывалось больше сотни адвокатов. Именно там я познакомилась с Сабриной Макеной. Но об этом позже.
Мне был выделен офис, который временно пустовал в связи с нахождением ее владелицы в декретном отпуске. Я проводила много часов в библиотеке фирмы, читала правовую литературу, беседовала с адвокатами различной специализации и даже выполняла некоторые несложные юридические задания.
Третья часть стажировки была развлекательная и предусматривала посещение гавайских островов , поездку по живописным местам, а также двухнедельное пребывание в Портленде штата Орегон.
Мне очень хотелось научиться водить машину и возможно даже получить права. Это потребовало много времени и усилий. Я довольно быстро сдала письменный экзамен. Сложнее дело обстояло с фактическим вождением. В Америке все начинают водить машину с ранних лет. Я же не имела никаких навыков вождения и научиться этому в зрелом возрасте оказалось совсем не просто. К счастью, мои учителя – а их было много – обладали терпением и выдержкой, без чего осуществлять надзор за моими жалкими попытками сидеть за рулем было бы невозможно. Очень часто своим вождением я доводила своих инструкторов- добровольцев до полного исступления. Однажды, на дорогой машине Acura я нечаянно въехала в забор из проволоки на заброшенном пустыре, и повредила машину. Хотя я не получила заслуженный нагоняй, но наши тренировочные сессии на этом пришлось закончить.
В гостях у Блэйка
Мои Гавайские друзья познакомили меня с человеком по имени Блэйк. Это был худощавый мужчина лет пятидесяти, высокого роста, с пышной шевелюрой и слегка прищуренным ироничным взглядом. Он жил один и никогда не был женат.
Блэйк жил в просторном доме в предместье Гонолулу. Однажды он устроил вечеринку, по случаю какого то праздника и пригласил меня. Собралось приличное количество гостей. Был теплый гавайский вечер. После ужина все гости собрались на просторной террасе во дворе дома перед громадным бассейном. Стемнело, но бассейн благодаря мощному освещению изнутри сиял ярким светом. Кто то из гостей предложил искупаться. Блэк, возможно в шутку, настоял, чтобы дамы купались обнаженные, и в качестве компромисса, чтобы не смущать гостей, погасил свет . Бассейн погрузился во тьму и лишь отблески луны слегка играли на поверхности воды. Я всегда любила вечернее купание и с удовольствием погрузилась в прохладную воду. Ко мне присоединилось остальные. Дамы, возбужденные алкоголем и необычным предложением, со смехом и визгом плескались в воде. Через несколько минут после начала купания неожиданно включился свет, и весь бассейн засверкал яркими красками, в свете которых были особенно отчетливо видны обнаженные тела купальщиц. К разочарованию хозяина, я оказалась единственной гостьей в купальнике. К счастью, меня никто не обвинил в нарушении предложенного купального «этикета». После этого вечера мы еще несколько раз встречались с Блэйком в компании друзей, но купания больше не предлагалось.
Через несколько дней после описанного события, Блэйк пригласил меня посетить лепрозорий Калаупапа на острове Молокаи.
Я с радостью приняла неожиданное предложение, так как еще до приезда на Гавайи читала об этом уникальном заповеднике и мечтала там побывать. Калаупапа было труднодоступное место , отгороженное от цивилизации океаном и крутым горным склоном . Туристам доступ в заповедник был строго ограничен, и добраться туда можно было только по специальному разрешению со стороны моря, по крутому склону горы или по воздуху. Отчаянные смельчаки могли спуститься на полуостров на ослах или пешком , но это был не легкий путь. Мы решили идти пешком. Рано утром начали спуск по отвесному склону скалы на полуостров Калаопапа.
Спуск занял больше двух часов. Полуостров и окружающее скалы было необыкновенно живописное место. По периметру стояли небольшие домики обитателей, пациентов лепрозория, но их самих нигде не было видно. На полуострове было огромное кладбище, в центре которого возвышался на небольшом постаменте памятник отцу Демиен ( father Damien), священнику, возведенному в ранг святых, который не побоявшись заразной болезни, прожил на острове много лет и до конца своих дней помогал лечить пациентов лепрозория. В конце концов он сам заразился и скончался от лепры. После его смерти отец Дэмиен был возведен в ранг святых. Хранительница музея провела небольшую экскурсию и рассказала об истории поселения и его обитателях. Это была памятная прогулка.